Страх и ненависть в «Телеграм». Кто контролирует анонимный контент и для чего

Основные пользователи телеграм-каналов — люди, погружённые в политику либо связанные с ней. По данным сервиса TGstat, 16,1% русскоязычных пользователей «Телеграма» находятся в Украине. По-русски вещают почти 88 тыс. каналов, и около половины из них — политика. По сути, большая часть контента телеграм-каналов — это слухи, подкреплённые якобы инсайдами, или вбросами, информацией, полученной от компетентных или приближённых к событиям источников. Кто и зачем использует этот анонимный контент, разбирался Фокус.

«Саша, Саша! Так держать, жги!» — Николай Тищенко, киевский ресторатор и депутат от «Слуги народа», добродушно хлопнул по спине и приобнял коллегу-мажоритария Александра Дубинского. Защёлкали объективы фотокамер. В воздухе повисло напряжение. Если бы не трагикомичная предыстория, мало кто догадался бы, что дружеский диалог коллег по фракции в кулуарах съезда партии власти — в действительности изящная пикировка. И нардеп Дубинский на самом деле с удовольствием утопил бы нардепа Тищенко в прямом и переносном смысле. Чем, собственно, и занялся накануне — подал в Специальную антикоррупционную прокуратуру заявление на коллегу-ресторатора, имевшего неосторожность угодить в скандал. Напомним, что Тищенко в беседе с пранкером признался в причастности к раздаче «конвертов» коллегам-депутатам. После чего депутат-журналист Дубинский, представитель другого «крыла» партии, тут же уцепился за возможность проучить ресторатора.

«Ты уже сходил на допрос?» — холодно смерил коллегу взглядом Дубинский. «Саня, только после тебя, родной!» — фамильярность Тищенко граничила с амикошонством. «Теперь твоя очередь. Вызывают? И это что — давление на заявителя?» — сверкнул улыбкой депутат-расследователь. «Я только надеюсь, что вызываю у тебя позитивные эмоции», — ресторатор ретировался, тяжело ступая по лестнице.

Джокер с приветом

Разыгравший Тищенко пранкер называет себя Джокером. Псевдоним легко читается: архетипичный суперзлодей из комиксов, превращающий выдуманный город Готем в арену абсурда, в реальном мире наполнил сюрреализмом жизнь политиков. Первой жертвой Джокера стал нардеп Богдан Ярёменко, к тому моменту уже угодивший в скандал с интимной перепиской. Джокер от лица генпрокурора Руслана Рябошапки написал ему, что «первый» (президент) недоволен проступком Ярёменко и последнему нужно признаться в содеянном. Диалог происходил в чате WhatsApp, обычном месте переписки «слуг». Искренне полагая, что общается с генпрокурором, Ярёменко так и поступил. А как только скандал утих, Джокер опубликовал переписку с Николаем Тищенко. Затем пострадал Михаил Радуцкий, также депутат от СН, рассуждавший о зарплатах в конвертах.

«У нас вся внутрифракционная и межинституцио­нальная коммуникация — в мессенджерах. Множество сообщений, на которые я должен реагировать по долгу службы», — говорит Никита Потураев, депутат от СН и замглавы Комитета ВР по гуманитарной и информполитике.

Затем добытые сенсации пранкер публикует в телеграм-канале, который символично создал на Хэллоуин.

«Телеграм» создаёт полную иллюзию анонимности. Ты не светишься, и это его главный плюс, ведь в наше время анонимность — уникальный ресурс», — разводит руками Алексей Якубин, политолог. «Нужна лишь sim-карта оператора. Желательно иностранного, чтобы её не могли отследить наши спецслужбы. Случись что, карту можно просто сломать и выбросить», — поясняет Владимир Воля, политический эксперт.

В уютном мире украинской политики, где нет ничего святого, анонимные каналы обрели характер эпидемии. За последние полгода в стране появилось более ста «околополитических» каналов разной идеологической и смысловой направленности.

«То, что это произойдёт, стало понятно пару лет назад, когда аналогичный бум начался в РФ, — тогда как грибы после дождя стали появляться оппозиционные и якобы либеральные каналы. «Зыгарь», «Незыгарь», «Сталин Гулаг» — я их какое-то время почитывал, а потом стало неинтересно. И вот эта волна докатилась до нас, — говорит Никита Потураев. — Сначала в виде агрегаторов новостей. Потом появились и анонимные каналы. Я на них тоже подписался, но все читать не в состоянии. Да и незачем».

Инсайды и анонимки

Ольга Василевская-Смаглюк, журналистка, коллега по фракции Александра Дубинского, листает ленту телеграм-каналов на своём смартфоне. «Я читаю «Легитимный», «Тёмный рыцарь», «Женщина с косой», «Анонимус». Вот он, кстати, убедительно пишет», — говорит она. — А ещё у меня сам по себе появился какой-то «Зелёный слоник», правда, я на него не подписывалась».

Любители соцсетей. Народные избранники читают телеграм-каналы «Легитимный», «Тёмный рыцарь», «Женщина с косой», «Анонимус»

Основные пользователи телеграм-каналов — люди, погружённые в политику либо связанные с ней. По данным сервиса TGstat, 16,1% русскоязычных пользователей «Телеграма» находятся в Украине. По-русски вещают почти 88 тыс. каналов, и около половины из них — политика. К качеству контента есть огромные вопросы. Василевская-Смаглюк говорит: информации, почерпнутой с каналов, не доверяет, а перепроверять что-либо не видит смысла — в мире быстро меняющейся и постоянно обновляющейся информации это лишний труд. «Разве что кто-то пишет что-то обо мне лично», — говорит она. По сути, большая часть контента телеграм-каналов — это слухи, подкреплённые якобы инсайдами, или вбросами, информацией, полученной от компетентных или приближённых к событиям источников.

Правдивость зависит исключительно от добросовестности авторов, которые, напомним, анонимны. Уровень их осведомлённости под вопросом: например, ни один из каналов с якобы «самыми высокопоставленными» источниками не сообщил о готовящемся референдуме о продаже земли иностранцам. «Слухи превращены в короткие сообщения, и поступать с ними нужно точно так же, как с информацией, которую нам сообщают «по секрету» знакомые: услышать, принять к сведению и дальше не ретранслировать», — считает Якубин.

Более того, эксперты заметили, что каналы создают психологическую иллюзию: мол, информация написана «именно для тебя» благодаря специфическому построению сообщений. На канале «Легитимный», к примеру, часто можно прочесть «подтверждается наш инсайд» или «как ранее мы писали» (справедливости ради, канал ставит и хештег #слухи).

«Опасность огромна, ведь ты не можешь отличить правду от полуправды или откровенных фейков. Ряд каналов явно манипулирует информацией в интересах своих владельцев», — говорит Евгения Кравчук, замглавы фракции СН, в прошлом специалист по коммуникациям. В отличие от Facebook, который проверяет достоверность опубликованных его пользователями данных посредством специальных алгоритмов и «вручную» (к примеру, на минувшей неделе Кравчук провела встречу с представителями FB, которые сообщили о намерении заключить контракт с украинской факт-чекинговой компанией), верифицировать и удалить что-либо с телеграм-каналов невозможно. «Люди падки на скандалы, интриги, расследования. Любят конспирологию. Официальная информация расходится подчас даже хуже, чем подобные анонимки, — продолжает Кравчук.

Ищут пожарные, ищет милиция

Естественно, читают в «Телеграме» не только анонимки. Посещаемы и популярны каналы лидеров мнений — например, Ростислав Кравец, глава адвокатской компании «Кравец и партнёры», ведёт свой канал уже длительное время. Пишет о судебной реформе, казусах правоприменения, а его посты читают 1–1,5 тыс. человек в сутки. «Что хорошо в телеграм-канале, это качество читателя: в отличие от FB со странными алгоритмами выдачи новостной ленты, здесь ты читаешь конкретный канал. А значит, у меня качественная целевая аудитория», — поясняет Кравец.

Другая сторона медали в построении коммуникаций — «охота на кротов». Её уже ведёт Банковая внутри собственной фракции. Некоторые телеграм-каналы информируют о тактике «уникальных сливов» — избранным депутатам сообщают некие данные, просят о них никому не говорить, а после мониторят, на каких каналах появится «эксклюзив». «Я знаю многих политтехнологов, работающих с ОП. Они реально озадачены: поначалу не придавали большого значения происходящему. Думали, можно действовать «косметическими» методами: перекрывать одну тему другой (создавая вбросы вроде выбитого зуба главы ОП Андрея Богдана) или сознательно не комментировать, как это делал на съезде Николай Тищенко, — поясняет Олег Постернак, политтехнолог. — Но у них на Банковой каждый вечер проходят совещания, где выдумывают эти кейсы. И уже понятно, что риск был недооценен».

Больше всего, конечно, ОП интересует, кто же такой Джокер. «Этого, поверьте, не знает никто. Даже СБУ не в курсе, кто это и зачем такое делает. В итоге рушатся система коммуникации, доверие», — считает нардеп Николай Тищенко. Примечательно, что информация о команде из Офиса президента для Ивана Баканова, главы СБУ, «найти и установить личность человека, который стоит за телеграм-каналом «Джокер», также появилась на анонимных каналах. Подробности сообщил «Разведчик» — мол, розыск поручили Департаменту оперативно-технических мероприятий СБУ, который «задействовал кластерные комплексы дешифровки трафика, полученного от перехвата сигнала мобильных телефонов».

На деле всё может быть проще. «Александр Корниенко [новоизбранный глава партии «Слуга народа»] лично проверял телефоны у меня, у Максима Бужанского и ещё ряда коллег — подходил и как бы внезапно смотрел: а ну покажи! — рассказывает Александр Дубинский. — Ищут пожарные, ищет милиция, но пока найти никто не может, а мне нравится эта стилистика: понимаю, что работает суперпрофессионал, так классно троллить — это же надо уметь!» Самого Дубинского, к слову, связывают с телеграм-каналом «Тёмный рыцарь»: там появляются ироничные комментарии о текущей ситуации, отмечается, что «Слуга народа» превращается в БПП, приводится перечень «агентов НАБУ» в партии (депутаты, сотрудничающие с бюро) и даже слог публикаций во многом совпадает с тем, как говорит Дубинский. На прямой вопрос корреспондента Фокуса «Вы «Тёмного рыцаря» читаете или пишете в него?» Дубинский отшучивается: «Я им наслаждаюсь».

Нетрудовые доходы. Ресторатор Тищенко, нардеп от «Слуги народа», признался пранкеру в причастности к раздаче «конвертов» коллегам-депутатам

Кто и зачем?

Эксперты называют пять ключевых групп влияния, владеющих в Украине популярными телеграм–каналами.

«Команда Зеленского». Это несколько групп влияния внутри Офиса президента и его команды, воздействующие посредством «Телеграма» на конкурирующие группы и сливающие компромат на их представителей.

«ОП-ЗЖ». Виктор Медведчук, Сергей Лёвочкин и некоторые другие политики явно продюсируют полтора-два десятка каналов, активно обменивающихся друг с другом контентом.

«Бывшие». Пётр Порошенко изначально проиграл телеграм-сегмент, сделав ставку на выборах на консервативные медиа, и сейчас навёрстывает упущенное.

«Бывшие бывших». Окружение экс-президента Виктора Януковича тоже активно пытается влиять на политику в Украине, наиболее яркий его представитель — юрист Андрей Портнов, который ведёт собственный канал, также ему приписывают влияние на ещё несколько «телег».

«Коломойские». Они выбиваются из линии поведения ближайшего окружения Зеленского благодаря критичной политике в отношении «власти в целом» и отдельных её проявлений.

Масштаб угрозы от телеграм-эпидемии глобален. Политолог Олег Постернак утверждает: если пустить ситуацию на самотёк, рано или поздно это приведёт к делегитимизации власти. «По чём бьют «инсайды»? По команде, которая якобы «некомпетентна», получила власть «волею случая» и «от Зеленского». Мне кажется, что главные распорядители этих скандалов находятся на Банковой, это сами же топовые представители команды Зе, у которых сложные отношения с фракцией», — говорит эксперт. А Владимир Воля сравнивает происходящее с «боем с тенью»: как бы ни выстраивали линию обороны, каждый раз её будут прорывать в новом месте.

В качестве примера эксперты приводят череду скандалов последней недели: потасовка с участием Олега Ляшко и нардепа Андрея Геруса (его после этого уволили с должности постпреда президента в Раде), информация о розыске пранкера. «Герус выглядит жалко. Джокера не может найти СБУ. Какой вывод? Что госинституты неэффективны. Это и есть главная цель подобной атаки: не ссора внутри фракции, не раскалывание «слуг», а обрушение системы», — говорит Постернак.

В «Слуге народа» утверждают: опасность понимают, но реагировать на всё медийно нет смысла. «Мы на войне. Прилетает с севера, с запада, востока. На юге, где тыл, действуют диверсанты. Какая тут разница, кто выстрелил? Важно, куда летит и какой ущерб наносит, а спектр заинтересованных нам вполне известен», — говорит Никита Потураев.

Тем не менее авторам телеграм-каналов не удастся бесконечно соблюдать анонимность. «Есть ряд маркеров. Начиная с семантики, то есть слов, которые использует автор, заканчивая темами, освещающимися на канале. В мире, где есть доступ к большим массивам данных, искусственному интеллекту, анонимным на 100% быть невозможно», — уверяет Руслан Бортник, политический аналитик.

Однако если, а точнее, когда, имя Джокера установят, никто не будет раскрывать его личность. Скорее его попытаются взять под контроль, чтобы изменить ключевые месседжи и обладать удобным компроматом. Тем более есть предположение, что пранкер успел пообщаться с руководством фракции, ключевыми чиновниками и окружением президента. Это инструмент, а умные люди инструменты не ломают, а используют в своих целях.