Почує кожного?

«Когда слова утрачивают свое значение, народ утрачивает свою свободу», — говорил Конфуций. Именно это может вскоре произойти в Украине.

Принятый в первом чтении законопроект №11013 предлагается установить уголовную ответственность за клевету, то есть умышленное распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его деловую репутацию, если такие действия повлекли тяжкие последствия.

Согласно статье 24 Уголовного кодекса Украины умысел подразделяется на прямой и косвенный.

Прямым является умысел, если лицо осознавало общественно опасный характер своего деяния — действия или бездействия, предвидело его общественно опасные последствия и желало их наступления.

Косвенным является умысел, если лицо осознавало общественно опасный характер своего деяния, предвидело его общественно опасные последствия и хотя не желало, но сознательно допускало их наступление.

Однако осознание виновным противоправности и наказуемости совершенного им деяния не является обязательным признаком умысла: по общему правилу незнание закона не освобождает лицо от уголовной ответственности.

В законодательстве также присутствует такое понятие как неосторожность, которая подразделяется на преступную самоуверенность и преступную небрежность.

Как указано в комментарии к статье 24 УК, законодательная конструкция умысла рассчитана на материальные составы преступлений, которые признаются законченными при условии наступления общественно опасных последствий. Эти преступления могут совершаться как с прямым, так и с косвенным умыслом.

Деление умысла на прямой и косвенный имеет важное значение для квалификации преступлений, в частности в случаях, когда речь идет о предварительной преступной деятельности или соучастие в совершении преступления.

Так, приготовление к преступлению и покушение на преступление могут быть совершены только с прямым умыслом. Разграничение умышленного и неосторожного преступления (преступной самонадеянности) требует точного установления признаков именно косвенного умысла.

Разновидности умысла позволяют определить степень вины, степень общественной опасности деяния и личности виновного, поэтому они учитываются при индивидуализации наказания.

Кроме прямого и косвенного умысла, в теории и судебной практике выделяют еще и другие виды умысла. Они не образуют самостоятельной формы вины, не подменяют понятия прямого и косвенного умысла, а существуют только в их пределах.

В зависимости от времени возникновения и формирования различают умысел заранее обдуманный и такой, который возник внезапно.

Заранее обдуманный умысел формируется еще до совершения преступления — лицо обдумывает детали преступления, составляет план, подыскивает соучастников, готовит орудия совершения преступления. Наличие этого вида умысла на квалификацию преступления, как правило, не влияет.

Однако это может свидетельствовать о повышенной степени вины, а также общественной опасности субъекта преступления.

Умысел, возникший внезапно, имеет место тогда, когда намерение совершить преступление и его непосредственная реализация не отделены между собой некоторым промежутком времени, то есть винный совершает преступление сразу же после возникновения умысла.

Разновидностью этого умысла является аффектированный умысел, который возникает в момент сильного душевного волнения — физиологического аффекта, вызванного воздействием на виновного каких-то особых обстоятельств, чаще насилия или других неправомерных действий.

Совершение преступления под влиянием сильного душевного волнения, вызванного неправомерными или аморальными действиями потерпевшего, признается обстоятельством, смягчающим наказание (п. 7 ч. 1 ст. 66), а в некоторых случаях — образует привилегированный состав преступления (статьи 116, 123).

Фактически под распространением понимается распространение в СМИ или сообщение неопределенному кругу лиц или хотя бы одному лицу, кроме лица, которого они касаются, сведений, не соответствующих действительности, а также сведений, унижающих честь и достоинство личности в глазах общественности или отдельных лиц с точки зрения соблюдения действующего законодательства.

Кроме того, важной составляющей состава преступления является то, что такие действия в совокупности должны повлечь тяжкие последствия, под которыми предложено понимать причинение материального ущерба, который в пятьдесят и более раз превышает необлагаемый минимум доходов граждан.

Согласно закону, если для квалификации преступлений или правонарушений содержатся ссылки на необлагаемый минимум, то для таких целей сумма необлагаемого минимума устанавливается на уровне налоговой социальной льготы.

В 2012 году размер налоговой социальной льготы равен 536,50 грн, то есть материальный ущерб должен составлять более 26 825 грн.

Также частью 2 статьи 145-1 предусмотрена ответственность за умышленное распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его деловую репутацию, совершенное путем публичного демонстрирования в произведениях или СМИ, или совершенное следователем, прокурором или судьей, если такие действия повлекли тяжкие последствия.

Эта норма противоречит статье 24 Конституции, где сказано, что каждому гарантируется право на свободу мысли и слова, на свободное выражение своих взглядов и убеждений.

В случае вступления этого законопроекта в силу это может привести к тому, что журналист не сможет выражать прямо свое мнение по отношению к поступку той или иной личности, так как это может быть расценено как информация, порочащая честь и достоинство и подрывающая деловую репутацию.

Однако при квалификации преступления важным будет являться определение того, было ли это умыслом или неосторожностью.

На мой взгляд, от данного законопроекта в первую очередь могут пострадать не столько журналисты, сколько сами народные избранники, которые довольно часто бывают не сдержанными в своих высказываниях.

Подытоживая, хотелось бы отметить, что сегодняшняя ситуация в Украине напоминает сюжет из старого детского фильма «Волшебный голос Джельсомино«, когда пираты, захватив власть, изменяют слова.

Ростислав Кравець, адвокат, старший партнер адвокатської компанії «Кравець і Партнери», ЭП