Удар по рейдерам: что изменится с введением закона о защите прав собственности

Принятое постановление убирает из практики проблему перерегистрации имущества на «мертвых душ», но все равно оставляет лазейки для мошенников.

Коммунальные предприятия больше не смогут проводить государственную регистрацию передачи прав собственности, а госрегистраторов и нотариусов обяжут проверять подлинность содержания документов. Таковы главные изменения «антирейдерского» закона (№1056-1), подписанного президентом Владимиром Зеленским 21 октября.

Вместе с тем, постановление приведет к удорожанию и усложнению процедуры купли-продажи имущества и корпоративных прав, что также ухудшит инвестиционный климат, опасаются в бизнес-сообществе. Отрицая возможность роста стоимости своих услуг, нотариусы предупреждают, что подписанный вариант закона, исключивший некоторые из их предложений, недостаточен для того, чтобы собственники крупного бизнеса могли спать спокойно.

Перекрыли источник рейдерства

Необходимость борьбы с рейдерскими захватами собственности назрела давно – с 2014 по 2017 год в Украине их количество возросло в 2,5 раза. Хотя после 2017 года динамика роста данного типа преступлений несколько снизилась, но все равно составила значительную цифру – более 900 случаев за последние полтора года.

Главный источник махинаций последних лет – введенный при прошлой власти институт «аккредитованных субъектов государственной регистрации», представлявших из себя коммунальные предприятия, значительная часть которых создавалась специально для отъема чужого имущества и бизнеса по поддельным документам.

Ранее недобросовестных регистраторов отключали в ручном режиме: так, в июле 2019 года советник Министра юстиции по вопросам госрегистрации Елена Сукманова заявляла, что из всех заблокированных регистраторов 70% приходится на коммунальные предприятия.

«На практике происходят случаи просто небывалые: к примеру, недавно провели оформление по поддельным документам акта купли-продажи имущества на человека, уже как 4 года умершего. Поэтому я оцениваю данное постановление позитивно, особенно в части ликвидации института аккредитованных субъектов: эти предприятия были просто криминальными структурами, через которых шел вал рейдерских атак», — прокомментировал нововведение старший партнер адвокатской компании «Кравец и партнеры» Ростислав Кравец.

Помимо этого, дабы снизить риск потери собственности, на уполномоченных госрегистраторов и нотариусов перекладывается ответственность по установлению гражданской и правовой дееспособности физических и юридических лиц.

«Представьте ситуацию: выдана доверенность на представительство интересов. Она имеет либо срок действия, либо же она прекращается в связи со смертью лица. Но если ранее проверить это могли только нотариусы, то сейчас к единому реестру актов гражданского состояния получают доступ и госрегистраторы. Теперь они будут обязаны проверять в реестре существование доверенности, и обязательное наличие у субъекта доли в уставном капитале. Однозначно уже не будет «мертвых душ»», — уверен нотариус Богдан Дмух.

Контрольной мерой по защите от неправомерных действий станет увеличение финансового наказания за нарушения порядка проведения регистрации до уровня в 400-600 тысяч необлагаемых минимумов доходов граждан.

Но, если в данных пунктах мнения участников обсуждения законопроекта сходились, то другие механизмы защиты вызвали ряд противоречий.

Безопасность бизнеса или монополия нотариата

Камнем преткновения законодательной инициативы стало введение принципа одновременности нотариального действия и государственной регистрации, а, кроме того, нотариальное удостоверение договора о купле-продаже корпоративных прав.

Смысл новации состоял в устранении схемы рейдерства по передаче документов через цепочку из нескольких регистраторов. Посредством такого метода мошенники могли запустить процесс отъема прав на собственность на одном из первых этапов, а зарегистрировать результат – в конце, что усложняло обжалование дела. Если же производить запись в едином госреестре сразу после нотариального заверения, места для вмешательства рейдера не осталось бы.

«Это была классная идея, — дает оценку планировавшемуся изменению глава киевского отделения Нотариальной палаты Украины Наталья Козаева, — вы приходите к нотариусу, он заверяет договор купли-продажи, акт приема-передачи доли, и совершенно логично, что тут же он и проводит регистрацию изменений юридического лица в реестре. С помощью данного механизма мы ломали через колено всех черных регистраторов и рейдеров».

Однако в финальную редакцию закона принцип одновременности был включен лишь частично, став обязательным для всех форм собственности, кроме акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью. Не устраивали критиков и существенное удорожание нотариальных услуг из-за обязательного нотариального заверения договора купли-продажи корпоративных прав. Так, в случае принятия первоначальной редакции закона, нотариусу полагался 1% от суммы сделки – для большого бизнеса часто многомиллионной. Данная мера для юрлиц в конечном варианте законопроекта также стала необязательной.

Дело в опасениях юристов и крупного бизнеса относительно усиления роли нотариата, получавшего возможность вмешиваться в частные дела сторон, а также, внося детали, в том числе финансовые, в реестр, придавать публичности условия сделок.

«Крупные игроки пролоббировали отмену принципа одновременности для акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью – именно там, где и происходит основная часть рейдерских атак. Таким образом, все проблемы остаются – можно снова начать процесс «отъема» в одном месте, а потом утвердить в другом», — объясняет произошедшее Наталья Козаева.

Аргументируя свою позицию, Козаева привела в пример опыт европейских государств, где функции нотариата в обязательном порядке распространяются и на заверение договора купли-продажи.

«Почему такая прогрессивная страна не «защищает» свой крупный бизнес и своих инвесторов, дав им возможность без нотариуса заключать договора купли-продажи, а мы разрешаем? В чем логика? В стране, где рейдерство процветает, мы идем на встречу рейдерам, объясняя это дороговизной нотариуса. Тем более, даже если бы в законе оставили пункт о заверении договора купли-продажи в части корпоративных прав, то цена за него не составила 1%, так как Зеленский ранее отменил 1% ставку для оплаты заверения договора купли-продажи. Цена за услугу была бы зафиксированная на уровне в 2-3 тыс. грн. и именно вокруг такой суммы шел весь сыр-бор. То есть, когда у вас есть риск потерять завод, то заплатить 2 тыс. грн., будет для вас обременительно?», — недоумевает глава киевского отделения Нотариальной палаты Украины.

Как бы там ни было, большинство юрлиц и сейчас пользуются услугами нотариуса в части заверения договора купли-продажи корпоративных прав, стремясь себя обезопасить, утверждает Наталья Козаева.

Многофакторная аутентификация и миллионы бланков

Одним из способов перестраховки бизнеса в законе осталось обязательное использование бланков нотариальных документов. Но абсолютной защиты такой инструмент не гарантирует, считает Наталья Козаева.

«В чем смысл бланка, если мы не можем проверить никак достоверность договора купли-продажи? — возражает Козаева, — Тем более, сегодня так «рисуют» эти бланки, что это не создает никакой проблемы для мошенника, имеющего цель отнять завод. Вся Европа работает на белой бумаге, но у них просто есть возможность проверить достоверность документа, потому что каждое действие регистрируется. В общем, хоть на пергаментной бумаге делай документ – это не защита от рейдера», — убеждена представитель нотариата.  

С другой стороны, затраты на печать бланков могут сделать процедуру отчуждения имущества более дорогостоящей. Себестоимость одного бланка на данный момент составляет 18 гривен, в то время как много работающий нотариус может израсходовать 300-350 бланков в месяц.

«В итоге только на бумагу можно потратить 5400 грн. – это без актов приема-передачи. Умножьте на 6 тысяч нотариусов, и посчитайте, как будет набиваться казна», — делает расчеты Козаева, отметив, что цены за нотариальные услуги повышены не будут, так как среди нотариусов и так очень большая конкуренция на рынке.

«У нас бесконечное число нотариусов, так как отсутствуют квоты. В итоге на 6 тысяч человек приходится 1 нотариус, чего нет ни в одной стране латинского нотариата. Это также способствует появлению так называемых «черных» нотариусов, но, с другой стороны, это же делает услуги украинского специалиста самыми дешевыми в Европе. Переложение на нотариат дополнительных функций, таким образом может даже удешевить услуги, так как нотариусы будут привлекать к себе клиентов за счет демпинга цены», — считает эксперт.

Более действенным и дешевым способом обезопасить имущество собственников должна стать многофакторная аутентификация, подтверждающая, что нотариуса, изменяющего данные в реестре, не взломали через программу удаленного доступа. Несмотря на то, что создание системы аутентификации прописано в законе, пока многофакторная защита еще не разработана.

«Рабочая система защитит недвижимость всех граждан Украины от того, что ключами регистратора либо нотариуса переписывается имущество», — подчеркивает Козаева.

Корень проблемы – в правоохранительной системе

Усложнение процедуры регистрации все же может повысить стоимость услуг нотариусов за счет обременения их дополнительными действиями по проверке дееспособности и правомочности юрлиц — причем вдвое, делится с UBR.ua мнением Ростислав Кравец. В то же время, он считает, что само усложнение процедуры свидетельствует о развале правоохранительной системы.  

«Вместо того, чтобы перекладывать ответственность на «кошельки» граждан, власти следовало бы заняться реформой правоохранительных органов. Мошенничеством у нас занимается вполне конкретная и очень ограниченная в числе группа лиц. О них правоохранителям известно, и я не понимаю, почему они не предотвращают их деятельность, — вопрошает юрист, — сейчас Минюст превратился в исключительно удобный инструмент для рейдеров. Во многих случаях ниточки следствия ведут к должностным лицам министерства», — делает вывод эксперт.

По мнению Ростислава Кравца, реальным шагом для устранения проблемы рейдерства стало бы упрощение процедуры возврата незаконно полученного имущества собственнику.

«Сейчас этот процесс может тянуться годами. Если данная процедура не будет предполагать десятки лет постоянно блокирующихся судов, а виновники будут наказываться не демонстративно, через месяц выходя на свободу, то я думаю, что все эти введенные предохранители будут не нужны», — подытоживает специалист.

Дмитрий Кругликов, UBR