Срок за эфир. СБУ готовит “дело политологов”

После введения санкций к руководству партии ОПЗЖ и ее медиаактивам готовится атака на людей, близких к этой политической силе. На днях был взят под стражу Юрий Дудкин, постоянный гость эфиров закрытых NewsОne, “112 Украина” и ZIK. А вскоре можно ждать и вручения подозрения Михаилу Погребинскому, главе Киевского центра политических исследований и конфликтологии – это “мозговой центр”, который считается близким к Виктору Медведчуку. “Вести” узнали, какие еще санкции могут ввести против партии и ее людей.

Подозрение пало

Источники “Вестей”, знакомые с намерениями силовиков, сообщили о вероятном вручении подозрения Михаилу Погребинскому. Это один из украинских политологов, в свое время бывший советником у премьер-министра Валерия Пустовойтенко (1998–2000), премьера и кандидата в президенты Виктора Януковича (2004), главы Администрации президента Виктора Медведчука (2002–2004). Погребинский называет себя соратником и “старым другом” Медведчука. “Подозрение еще не вручено. Но “черную метку” уже выписали, и не только ему – будут зачищать как силовое, так и интеллектуальное крылья ОПЗЖ“, – сказал источник “Вестей”.

По нашим данным, ана­логичные санкции могут ожидать еще 5–6 экспертов из “пула”, который сотрудничал с партией ОПЗЖ и появлялся в эфирах оппозиционных телеканалов. “Эти коммуникации ведут на ул. Сикорского (там находится посольство США в Украине. – Авт.), там же будут согласовывать фамилии перед разглашением“, – сообщает источник.

Еще один собеседник в экспертных кругах подтвердил, что информация о вероятном скором объявлении подозрения Михаилу Погребинскому и некоторым другим политологам “утекла” и обсуждается на кулуарном уровне. “Та же система, что и у Юрия Дудкина, – якобы зафиксированы факты передачи денег со стороны РФ, их медиагрупп. Точное количество экспертов, по которым придется удар, и их имена пока неизвестны, но спецслужбы работают очень просто: если у них особо нет доказательной базы – подозрения предъявят тем, чьи фамилии звучат в медиа громче и чаще всего“, – считает наш собеседник в экспертной среде.

Сам политолог в комментарии “Вестям” сообщил, что о вручении подозрения узнал от нашего журналиста, и опроверг получение любых средств со стороны РФ. “Я исключаю возможность документирования того, чего в принципе не было. Официально утверждаю: никаких денег ни от каких структур, тем более медиа, не получал, – сказал “Вестям” сам Михаил Погребинский. – Около 10 лет назад у меня был грант от Фонда “Русский мир” на издание двух книжек, и это – единственные деньги, которые я оттуда получил. Кстати, сами книжки – это двухтомник “Русский язык в Украине“.

“В логике процесса”

Юрий Дудкин, чье дело приводят источники “Вестей” в качестве примера, был взят под стражу Печерским судом на два месяца еще 25 февраля. Его обвиняют по двум статьям УК – “Государственная измена” (ст. 111) и “Нарушение равноправия граждан в зависимости от расовой, национальной принадлежности и др. признакам” (ст. 161).

СБУ конкретизировала: он создал сеть, в которую входил ряд веб-ресурсов (группы в соцсетях, YouTube-каналы, отдельные блогеры), которые якобы финансировались из РФ и транслировали “заказной контент”. СБУ продемонстрировала записи эфиров на российском ТВ, где Дудкин признавал результаты “референдума” в Крыму, называя их “волей народа”, а Украину – “государством, существующим номинально”. Показали и записи разговоров, из которых следует, что Дудкин общался с российскими журналистами, которые отправляли его на задания: к примеру, в 2019-м в краеведческий музей Славянска (на выставку “Защитники Украины XX–XXI веков”, где среди прочего в экспозиции были представлены военная форма и оружие дивизии СС “Галичина”).

Задать защитнику Дудкина, Геннадию Борисичеву, вопросы вчера, увы, не удалось. По данным “Вестей”, по состоянию на вечер воскресенья сам эксперт находился в Главном следственном управлении СБУ по Киеву и области (то есть не в обычном СИЗО). “Статью УК 111, или “Госизмену”, применяют, поскольку доказать что-либо еще сложно. К примеру, чтобы инкриминировать ст. 109 “Финансирование терроризма”, нужно иметь доказательства этого самого финансирования“, – говорит “Вестям” старший партнер юридической фирмы “Кравец и Партнеры” Рости­слав Кравец.

По мнению юриста, следствие пользуется размытостью формулировки в ст. 111 – она очень субъективна: под определение “действия, направленные на изменение территориальной целостности”, может попасть, по сути, любая деятельность – будь то выступление на телеэфире в Москве или комментарии украинским СМИ с посылами, которые противоречат официальной “линии партии”.

Берут эксперта, делают экспертизу о том, что высказывания-де “могут подрывать”, – и идут с этим в суд. А ведь на судей и надавить можно, чтобы они посчитали эти слова конкретного эксперта “направленными на подрыв боеспособности“, – считает Кравец.

Внутри самой ОПЗЖ согласны с тем, что подобные действия – удар по “мозговому центру” – лежат в логике процесса. “Я еще не слышал, что будут другие эксперты. Но это было бы логично, – говорит “Вестям” нардеп от ОПЗЖ Александр Качный. – Нам нужна выдержка. Вспомните, в 2006-2007 гг. Партия регионов победила на выборах именно потому, что подвергалась гонениям. Наш метод защиты – исключительно юридический, интеллектуальный: как мне известно, более 50 адвокатов привлечены на контрактной основе для работы, и это лучшие адвокаты. Но пока ни одного судебного процесса нет“.

Накажут даже за участие в ТКГ

Стоит отметить, что в законопроектах, устанавливающих уголовную ответственность за коллаборационизм (“Вести” писали о них в номере за 1 марта), установлена также ответственность за медийную активность, связанную с РФ. Причем речь о довольно серьезных сроках: от 5 до 10 лет предлагают давать за “организацию и проведение мероприятий политического характера или осуществление информдеятельности в сотрудничестве с государством-агрессором или его оккупационной администрацией, направленных на поддержку государства-агрессора, оккупационной администрации или вооруженных формирований для предотвращения ее ответственности за вооруженную агрессию против Украины, активное участие в таких мероприятиях”.

При этом как Михаил Погребинский, так и Юрий Дудкин не раз “осуществляли информдеятельность” – хотя бы в качестве проведения эфиров на телеканалах “Россия 1” или НТВ. “Эту статью можно “дешифровать” как любую информационную деятельность, даже если защищаешь украинскую позицию на российских телеканалах. И даже более того, закон выписан так, что любая активность, в т. ч. санкционированная государством, подпадает под его действие. Даже участие в переговорах в Минском формате можно наказывать или экономические договоры о перетоках электроэнергии, – говорит Ростислав Кравец. – Но тут важно понимать, что закон обратной силы не имеет: все, кто ездил в РФ участвовать в эфирах, не пострадают. Но как только закон будет принят и подписан, любое действие – как то перечисление средств в РФ, поездка туда на заработки или участие в телеэфире – будет караться по закону“.

Разумеется, Юрий Дудкин и Михаил Погребинский – не единственные украинские эксперты/медийщики, кто общается с телеканалами в России. В эфир “Россия 1” (программа “60 минут”) выходили журналист Дмитрий Гордон и некоторые депутаты – как бывшие (Евгений Мураев), так и нынешние члены фракции ОПЗЖ (Илья Кива). А политолога Максима Яли и вовсе “выставляли” из эфира.

В эфирах на НТВ участвовал политолог Павел Жовниренко. В эфир программы “Большая игра” на российском “Первом канале” включали и депутата Верховной Рады от СН Евгения Шевченко. Ему предложили поговорить по видеосвязи с Денисом Пушилиным, представителем ОРДЛО, в итоге оба сцепились в жесткой перепалке. Шевченко отметил при этом, что риторика его визави ничем не отличается от высказываний радикалов и националистов в Киеве, после чего эфир прекратился.

А недавно аналогичную ситуацию устроили и для экс-президента, главы украинской делегации в ТКГ Леонида Кравчука: ему также предложили дискутировать с Пушилиным. Выяснилось, что редакторы телеканала попросту не предупредили его о включении. “Я никого не боюсь, я в свое время испугался давно, мне 87 лет, я уже настолько испугался, что нет никакого страха, даже волка в лесу. Я буду общаться со всеми, отстаивая интересы Украины“, – ответил журналистам сам Кравчук.

ВЕСТИ

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пролистать наверх

Заказ обратного звонка