Роман Насиров ждет суда в украинском Беверли Хилсе

Зато кому теперь точно придется отвечать перед законом, так это бывшему начальнику киевского управления ГАИ Николаю Макаренко.

На этой неделе его экстрадировали в Украину. Обвиняют — в коррупции. В создании незаконной схемы при регистрации авто и на этом он заработал почти миллион гривен. Сразу же по приезде Макаренко избрали меру пресечения — арест с возможностью внесения залога. Пока подозреваемый в СИЗО и денег не платил. Но если найдет пять миллионов гривен, сможет купить себе свободу. По крайней мере, на некоторое время.

Наша Елена Зорина пообщалась с теми, кто уже смог это сделать. Сколько им это стоило? И как живется? Смотрите далее.

Хитроумные схемы, тысячные и даже миллионные взятки. Задержание на горячем.

«- Деньги под столом!

— Что вы за цирк устроили? Наручники одеть? Сейчас оденем».

Шоу для всей страны. Сюжет чем дальше, тем интереснее. Уже в суде кто-то снимает брюки, кто-то меняет цвет одеял. А дальше в драме … хэппи-энд.

«Это только начало, но благодаря вам я стою здесь живой и здоровый».

С браслетами и за очень большие или чисто символические деньги они покидают здание суда.

«Никто не может внести в Украине 2 млрд. Я был очень удивлен, когда Насиров нашел 100 млн», — рассказывает адвокат Ростислав Кравец.

«Я не планировал вносить залог, у меня лично таких денег нет».

Пожалуй, самая обсуждаемая история этого года — задержание и выход под залог главного фискала страны Романа Насирова.

«Уплачено было двумя лицами — женой и тестем в равных долях по 50 млн. гривен», — говорит глава Специализированной антикоррупционной прокуратуры Назар Холодницкий.

Хотя прокуратура просила 2 миллиарда! Почему сумма залога была снижена в несколько раз? Заслуга защитников или что-то другое?

«Суд по своему внутреннему убеждению исключительно определяет сумму залога. Да, действительно, может установить сумму залога, которую просит прокуратура, что зачастую бывает. Однако, когда речь идет о довольно крупных суммах, то суды их довольно часто снижают», — рассказывает Ростислав Кравец.

Официально снизить залог могут из-за финансового состояния задержанного. Не коррупционер Насиров, который в прошлом забывал декларировать и квартиру в Лондоне, и бизнес жены, для суда, видимо, оказался довольно беден. Хотя только наличными позже показал более миллиона долларов и почти полмиллиона евро. Несколько земельных участков в Чернигове и области, машину, часы, ковер и тренажер. Все остальное — на жене.

Вышел и затих. Где же сейчас главный фигурант скандальной истории?

«Есть такое персональный мобильный девайс, на который даже могут звонить. На ноге находится под носком, его очень видно».

С электронным браслетом на ноге Насиров с журналистами предпочитает не общаться, только с адвокатами и детективами НАБУ. Где ожидает окончания досудебного расследования и чем занимается — не афиширует.

Это — украинский Беверли Хилс. Именно так называют элитный поселок Козин в 25 км от Киева. Все из-за того, что здесь обосновались многие украинские випы: политики, чиновники, бизнесмены. Здесь же расположен и дом, где живет отстраненный главный фискал страны Роман Насиров.

Дом в 400 квадратных метров недалеко от знаменитой Конча-Заспы скрыт от посторонних глаз. К нему ведет отдельный заезд. Рядом дежурит охрана. Но завидев камеру — испаряется.

И внутри, и снаружи явно кипит жизнь. Кто-то уезжает. А кто-то только собирается. Встречи с журналистами Насиров явно не ждет.

«- Здравствуйте! Как вы себя чувствуете?

— Я в порядке!

— А чего вы не хотите общаться с журналистами?»

Ожидать суда в СИЗО — правило не для высоких чинов, говорят эксперты. За решеткой — те, кто попроще: рядовые таможенники, прокуроры и мелкие чиновники.

«Чем выше чиновник, тем легче ему побороться за более низкий залог. Показателем того, что залог является высоким — 100-процентная гарантия, что это условно говоря офисный козел, то есть человек на которого пытаются сбросить всю ответственность», — говорит исполнительный директор Transparency International Украина Ярослав Юрчишин.

Хотя — бывают исключения.

«Рабочий компьютер, свежая пресса, проектная документация, какие-то поздравления. Обычный кабинет любого чиновника».

Вот только Алексей Момот — не обычный чиновник. А тот, которому светит 12 лет тюрьмы. Мэра Вышгорода подозревают в вымогательстве взятки в миллион евро!

«Этот стол показали, якобы на нем были разложены деньги. Хотя их здесь разложено не было», — говорит городской голова Вышгорода Алексей Момот.

Год назад именно в этом кабинете его и задерживали. Теперь здесь, как в библиотеке.

«Портрет Тараса Шевченко певесил».

А еще — новую камеру наблюдения.

«До того она писала только на видеорегистратор, теперь она пишет в так называемый облачно сервис».

За его свободу просили 10 миллионов гривен. В итоге сошлись на 5. Собирали деньги всем городом. Чиновник традиционно оказался гол, как сокол.

«Давал местный бизнесмен, которого знаю много лет, давали два народных депутата, моя жена, собирали люди на площади».

А через месяц деньги вовсе вернули. Чиновнику изменили меру пресечения и вместо залога выпустили под личные обязательства. Уже 10 месяцев он на работе. Ждет суда. На май назначены только предварительные слушания. Сам Момот убеждает: готов ко всему.

«Ну придут, так придут. Уже … что же здесь? Такая работа!»

«Благополучия вам, благополучия».

За его делом в 2014 украинцы следили, затаив дыхание.

«Назначить залог — 24 миллиона 360 тыс. гривен.

Бывшего ректора Налоговой академии, обвиненного во взяточничестве, ни такой залог, ни даже с браслет не остановил. Он все равно умудрился сбежать из страны.

«Много капельниц, руки отекли, никаких усилий не было, чтобы его снять».

А затем вернулся и начал судебную войну.

«Нет ответственности уголовной у того человеку, который снял браслет».

Сам экс-ректор, говорят соседи, начал вести более скрытый образ жизни. Чем занимается — не понятно. Похоже, ведет свой бизнес.

«Приехал, уехал. Он приезжает и сразу ворота закрывает за собой, так его не увидишь», — рассказывает житель села Дмитровка Алексей Ковальчук.

Живет под Киевом. Дом, территория которого раскинулась на две улицы, знает каждый.

«- Чей это дом?

— Мельника! Бывшей ректор».

В доме топят печь, но двери не открывают.

Меньше публичности — это, видимо, лучший рецепт уладить все неурядицы. И вернуться к прежней роскошной жизни, хоть и на купленной свободе.

Подробности